Атланты

У главного южного фасада Нового Эрмитажа, выходящего на Миллионную улицу, стоит крытая галерея-портик, которую поддерживают десять исполинских фигур атлантов. До середины 1920-х годов именно через этот вход посетители попадали в музей, а сами скульптуры давно стали одним из узнаваемых символов Санкт-Петербурга — им, в частности, посвящена песня Александра Городницкого.

Идею украсить вход атлантами предложил автор проекта Нового Эрмитажа, мюнхенский архитектор Лео фон Кленце. В 1843 году он предложил комиссии, занимавшейся восстановлением Зимнего дворца, два варианта оформления портика — женские фигуры-кариатиды или мужские атланты; выбрали второй вариант. Ориентиром послужили каменные исполины античного храма в честь Зевса Олимпийского, некогда стоявшего в сицилийском городе Акрагант. Сначала уменьшенную модель атланта по эскизам Кленце выполнил мюнхенский скульптор Иоганн Гальбиг, но в 1846 году петербургский мастер Александр Теребенёв создал собственный вариант в натуральную величину, который и приняли к исполнению; архитектор Василий Стасов настоял на том, чтобы гранит был отполирован до блеска.

Фигуры вытесывали из серого сердобольского гранита, добытого под Сердоболем — нынешней Сортавалой в Карелии. Теребенёв руководил бригадой примерно из полутора сотен каменотёсов: каждый обрабатывал отдельную часть тела, а лица скульптор во всех десяти случаях высекал лично. Атланты встали на постаменты из гранита-рапакиви к 1 сентября 1848 года; высота каждой фигуры составила около пяти метров. Пилоны, фриз и колонки балкона сделаны из другого камня — светлого известняка с примесью мрамора из карьера у Кирны, но при реставрации 2000 года его по ошибке закрасили под обычную штукатурку.

За эту работу Теребенёв получил звание академика и бриллиантовый перстень от Николая I, однако судьба мастера сложилась печально: несмотря на щедрые гонорары, он жил не по средствам и умер в 1859 году в нищете и почти в одиночестве. Портик тоже пережил тяжёлые испытания: в декабре 1941 года, во время блокады Ленинграда, в него попал артиллерийский снаряд, оставивший на торсе одной из статуй рваную рану, заметную до сих пор. Ещё с конца XIX века здание страдает от неравномерной осадки фундамента, из-за чего на скульптурах периодически появляются новые трещины.

Обследование 1997 года с применением высокочувствительных датчиков показало, что портик жёстко связан с основным зданием и оседает вместе с ним, а нагрузка от этого передаётся через головы и руки атлантов, которые изначально не задумывались как несущий элемент конструкции. Специалисты рекомендовали изменить крепление, однако практических работ по проекту пока не проводилось.

Сегодня атланты остаются одной из самых фотографируемых деталей Эрмитажа и визитной карточкой города наравне с разведёнными мостами. Несмотря на инженерные сложности, скульптуры продолжают выполнять декоративную функцию и напоминают о мастерстве русских каменотёсов середины XIX века, воплотивших в граните замысел европейского архитектора.